.RU

I. Феномен неосознанного негативного выбора 26 Негативный выбор при решении мнемических задач - страница 4


40

1 См. Какабадзе В. Л. Теоретические проблемы глубинной психологии. Тб., 1982, с. 33,

41

но за такой метод ратовали и 3. Фрейд, и К. F. Юнг), — это1/ процесс, связывающий сознание и бессознательное, т. е. процесс вытеснения. В итоге случилось удивительное: поскольку как соз; нание, так и бессознательное оказалось возможным изучать только через процесс вытеснения, то сознание как объект изуче­ния становится порождением бессознательного (его «поздним потомком», как скажет Юнг1), а бессознательное -- порождение сознания, как то, что из сознания было вытеснено. Классики глубинной психологии по-разному пытались найти выход из это­го противоречия, однако преодолеть его могли только на спеку­лятивной, «метапсихологической» почве.

8. Вытесненная информация вызывает психическое напряже­ние, так как она «стремится найти дорогу в сознание», а это, согласно п. 5, невозможно. Предсознательная информация, на­против, эмоционально нейтральна.

Обсуждение: Этот тезис очень важен для глубинных психо­логов. Они говорят: стоит ввести вытесненную информацию в сознание — пусть не непосредственно, а как-либо иначе — и на­пряжение будет снято. Они полагают, что для этого достаточно с помощью психоаналитической (или иной) техники сделать до­ступным сознанию смысл вытесненной информации. В этом сии видят практическое применение созданных теорий. Однако понятия психической энергии, психического напряжения, исполь­зуемые в этих теориях, не имеют операционального определения. Не было предложено ни четких количественных методов изме­рения психической напряженности, ни способов измерения сте­пени разрядки после психотерапевтического сеанса. В итоге глу­бинная психология оказалась лишена экспериментальных дока­зательств того, что вытесненная инофрмация вызывает большее напряжение, чем какая-либо другая. Нет и методов, позволяю­щих доказать отсутствие психического напряжения (эмоцио­нальную нейтральность) у предсознательной информации.

9. Вытесненная информация влияет на процесс принятия ре­шения о том, какая информация из всей имеющейся будет осоз­нана, а какая останется латентной. В сознание попадает или, на­оборот, не попадает часть предсознательной информации в за­висимости от смысловых связей с вытесненной информацией. По­этому методом обнаружения вытесненной информации для пси­хоаналитика служит регистрация явлений интерференции: ошиб­ки, непреднамеренные ассоциации, пробелы в объяснении собст­венного поведения и т. п.2

Развернутое обсуждение: Это предположение налагает на ме­ханизм вытеснения необычайно высокие и к тому же противоре-

1 Jung К. G. Wirklichkeit der Seele. Zurich, 1947, s. 8.

2 См. Argelander H. Die kognitive Organisation psychischen Geschehens
Klett-Cotta, 1979,

42

чивые требования. Чтобы лучше понять суть этих требований, рассмотрим типичный прием психоанатической интерпретации. 1 Как известно, одну и ту же мысль всегда можно выразить по-разному, а одно и то же выражение может нести разные смыслы. (Далее мы к этому еще вернемся). Например, для вы­сказывания некоей мысли можно использовать разные слова-си­нонимы. Допустим, выбор того или иного синонима не сущест­венен для выражения данной мысли. Предположим также, что некоторые из слов-синонимов сами по себе многозначны, а ка­кое-то значение одного из этих слов, в данном высказывании непосредственно не актуализируемое, имеет смысловую связь с вытесненной информацией. Тогда, — полагает психоаналитик, — включение именно этого многозначного слова в высказывание становится более вероятным, потому что таким путем происхо­дит прорыв вытесненной информации в сознание, что, как уже отмечалось, снижает психическое напряжение.

Но призадумаемся, что должен уметь механизм вытесне­ния, чтобы он смог провести предписанную психоанализом про­цедуру подбора соответствующего синонима. Во-первых, ему не­обходимо понимать смысл любого произносимого высказывания. Во-вторых, нужно мгновенно представить себе весь возможный набор слов-синонимов для выражения данной мысли. В-третьих, столь же мгновенно надо определить все значения, потенциаль­но присущие каждому слову данного набора. В-четвертых, ему следует знать все возможные смысловые связи, имеющиеся у вы­тесненной информации. В-пятых, он обязан уметь подобрать та­кое слово из данного набора, которое в одном из своих значе­ний связано с вытесненной информацией. И, наконец, он должен вставить именно это слово, а не другое, а плавный поток собст­венной речи, выражающей данную мысль. Когнитивный меха­низм, выполняющий все эти операции, как по объему решаемых задач, так и по скорости их решения оказываетеячгедва ли не сложнее всех механизмов переработки информации, которые се­годня известны психологам.

Если же учесть, что использование многозначных слов — лишь один из приемов проникновения вытесненной информации в сознание, то требования к когнитивному механизму, обслужи­вающему процесс вытеснения, возрастают прямо-таки до неимо­верных размеров. Вот, например, весьма тонкий анализ словес­ных ассоциаций, с помощью которого современный психоанали­тик С. Леклер вытается обнаружить вытесненную информацию у своей пациентки.

Его пациентке снится сон, действие которого происходит на цинковой крыше дома. Леклер интерпретирует это так1: Кры-

1 Леклер С. Бессознательное: иная логика. // Бессознательное, т. 3. Тб., 1978, с. 265—269.

43

ina (по-французски toit) выражает личное местоимение «ты» (Ы). «Так же явственно, — рассуждает он далее, — соседствуя в фо­нетической логике с «toit» (крышей), напрашивается «trois» (три). А затем еще проще — цинк крыши (cink) связан с циф­рой «пять» (cinq) и с ее омофоном «sein», что обозначает «грудь», а также в виде неточной анаграммы с числом «пятнадцать» (qu-inze). Все это, по мнению Леклера, образно выражает «три акта материнства» (т.е. «3 умноженное на «sein»).

Я не считаю уместным обсуждать здесь правомерность интер­претации С. Леклера, хотя все же думаю, что в подобных рас­суждениях опасно ссылаться на «явственность». Важнее другое. Такая интерпретация предполагает существование когнитивного механизма, который обязан уметь почти невероятное — находить все возможные потаенные смыслы слов (3. Фрейд не случайно сравнивал этот процесс с решением ребуса), т.е. устанавливать для любого текста «беспредельное множество вариантов истол­кования» '. В противном случае, если когнитивный механизм не умеет улавливать потаенные смыслы слов (в том числе и такие, которые не входят в данную психоаналитическую интерпрета­цию), то ни сознание, ни бессознательное, ни какая-либо другая внутренняя структура не способны будут определить, что вытес­ненная информация все-таки попала в сознание с помощью этих потаенных смыслов, а следовательно, никакой регуляции психи­ческого напряжения происходить не может.

Ах, какой странной и противоречивой оказывается логика ра­боты механизма вытеснения. С одной стороны, этот механизм не пускает в сознание нежелательную информацию. Но с другой — он выявляет какие-то побочные значения и потаенные смыслы, связанные с этой нежелательной информацией, и сам способст­вует попаданию этих значений и смыслов в сознание. Он как бы сам себе ставит запреты, но при этом одновременно сам себя обманывает, обходя эти запреты окольными путями, которые вполне умышленно сам же и конструирует. Зачем?

Сходная логическая проблема возникла и в ранних когнити-пистских теориях внимания типа модели фильтров Д. Бродбента2 Бродбент исходил из того, что переработка информации осуще­ствляется на разных последовательных стадиях, отличающихся друг от друга все более возрастающей степенью сложности. Что­бы облегчить работу центрального механизма, выполняющего самую сложную и окончательную обработку информации, он предположил, что мозг человека содержит специальный избира­тельный фильтр, который может быть настроен так, чтобы цент­ральный механизм принимал желательное сообщение и отвергал

1 См. прим. ред. к статье С. Леклера, там же, с. 270.

2 Broadbent D. Perception and Communication. Z., 1958.

44

все остальные. Логика модели проста — фильтры ограждают са­мый сложный когнитивный механизм от ненужной (иррелевант-ной) информации. Но как фильтр может определить, какая ин­формация существенна, а какая — нет? Стоит задаться этим во­просом, как кажущаяся логическая простота идеи фильтров на­чинает терять свою привлекательность. Ведь «если нам нужно извлекать значение всех поступающих сигналов, чтобы опреде­лять, на что обращать внимание, то чем нам помогает избира­тельность?»1.

Принцип вытеснения — гордая и незыблемая вершина глу­бинной психологии — при внимательном рассмотрении порож­дает больше проблем, чем решает. Сам процесс вытеснения ока­зывается противоречив, а его описание не столь конструктивно, чтобы быть формально корректным. Тем не менее представле­ние о вытеснении овладело умами многих психологов. Мы встре­чаемся с ним в исследованиях по психологии памяти и восприя­тии, в психологии личности и культурологии. Конечно, всегда возможно, что некоторое научное понятие, несмотря даже на свою общепризнанность и популярность, с течением времени по­теряет статус научности, как это было, например, в химии с фло­гистоном. Все же кажется, что интуитавно найденный Фрейдом подход к вытеснению достаточно плодотворен и что в нем на са­мом деле, пусть в нестрогой, а отчасти и мистифицированной форме содержится многое из того, к чему наша обычная «науч­ная» психология только приближается.

Вспомним сказанное Л. С. Выготским об учении 3. Фрейда: это не большой тракт в науке, а альпийская тропинка над про­пастью для свободных от головокружения2. И не случайно он призывал к проверке этого учения на принципиально ином ма­териале, чем тот, который добыт в школе Фрейда. Выше уже от­мечалось, что между процессом вытеснения и процессом нега­тивного выбора есть определенное сходство, хотя, "конечно, сам феномен негативноуо выбора по своей сути не может быть отне­сен к феноменам глубинной психологии. Ведь повторное невос­произведение произвольного двузначного числа, звука или бес­смысленного слога вряд ли разумно объяснять психоаналитиче­скими конструктами. А, следовательно, негативный выбор проти­воречит глубинной психологии и даже в определенной степени подрывает ее устои.

И все же ни одна школа в психологии, кроме глубинной, не подошла так близко к явлениям, связанным с неосознанным негативным выбором. Правда, представители этой школы искали путь понимания глубинных личностных смыслов, полагая, что за-

1 Норман Д. Память и внимание. // Зрительные образы: феноменология и
эксперимент. Сб. переводов. Душанбе, 1973, с. 136.

2 Выготский Л. С. Собр., соч., т. 1. М., 1982, с. 336.

45

ранее знают все возможные варианты этих смыслов. А в итоге стали подгонять свои наблюдения под эти варианты. Путь экс­периментального изучения природы вытеснения вынужденно ока­зался для них закрыт. Ведь любой эксперимент задает вопро­сы природе, и исследователь должен быть готов к получению неожиданных ответов. В глубинной психологии так понимаемый эксперимент теряет смысл, поскольку все ответы уже известны1.

Стоит отдать дань уважения феноменальным интуитивным от­кровениям глубинных психологов. Однако, не будучи ориентиро­ваны на поиск конкретных когнитивных механизмов, они сильно отраничили себя. Так, отойдя от плоского, однозначного толкова­ния текста, они не заметили, что такой подход сам по себе не решает возникающие проблемы, а только по-новому их ставит. Они доказывали, что в тексте можно выявить скрытые смыслы, но не рискнули признаться, что этих смыслов может быть сколь угодно много.

Однако их интуиции во многом можно доверять. Скажем, пси­хоанализ допускает существование когнитивного механизма, бы­стро схватывающего все значения многозначного слова и умею­щего некоторые из этих значений делать недоступными для со­знания. Если это так, то можно проверить, влияют ли неосозна­ваемые значения на последующую деятельность так же, как не­осознаваемые, невоспроизведенные знаки влияли на последую­щую мнемическую деятельность. Таким образом, пользуясь най­денным в предшествующем разделе способом измерения эффек­тов негативного выбора, можно попытаться экспериментально ис­следовать некоторые предположения глубинной психологии.

^ 1.3. Негативный выбор неосознаваемых значений слов

В пяти различных экспериментах показывается, что неосозна­ваемые значения слов (в том числе значения только какой-то ча­сти слова) при повторном предъявлении имеют тенденцию оста­ваться неосознанными, а без повторного предъявления или при изменении задания могут попадать в сознание в виде ошибок,

1 Эту же мысль развивает К. Поппер, ссылаясь на опыт своей работы с А. Адлером в клинике социальной адаптации. По его мнению, психоаналити­ческие теории Фрейда и Адлера являются непроверяемыми и неопровержимы­ми. Он пишет: «Нельзя представить себе человеческого поведения, которое могло бы их опровергнуть. Это не означает, что Фрейд и Адлер вообще не сказали ничего правильного: лично я не сомневаюсь в том, что многое из то­го, о чем они говорили, имеет серьезное значение... Но это означает, что те «клинические наблюдения», которые, как наивно полагают психоаналитики, подтверждают их теорию, делают это не в большей степени, чем ежедневные подтверждения, обнаруживаемые астрологами в своей практике». (Поппер К-Логика и рост научного значения. М., 1983, с. 247).

46

ассоциаций и т. п. Это позволяет сделать вывод, что по крайней мере некоторые из неосознаваемых значений слов опознаются, оказывают влияние на содержание сознания, т. е. ведут себя так, как будто принято специальное решение об их неосознании (не­гативный выбор), и это решение при сохранении тех же условий устойчиво повторяется. В качестве примера эмпирического под­тверждения указывается на использование неосознаваемых зна­чений слов в поэтической практике.

Человек при восприятии слов-омонимов (омофонов, омогра­фов и т. п.) достаточно часто осозт,тает только одно значение этих слов, однако известно, что даже в этом случае он все же может реагировать и на другое. Обычно это проявляется при восприя­тии, запоминании и интерпретации слов, ассоциируемых или си­нонимичных неосознаваемому значению омонима. Типичный при­мер — исследования Р. Е. и Н. Т. Уорренов1.

В одном из их экспериментов испытуемым предъявлялись триады связанных по смыслу слов, например, TONE, HYMN, МЕЬООУ. (В контрольной группе в этой триаде вместо слова НУМЫ, имеющего омофон him, предъявлялось слово NOTE). За­тем в течение нескольких секунд испытуемые выполняли какое-либо простое отвлекающее задание (типа определения четности семи двузначных чисел), после чего воспроизводили предъявлен­ное. В следующем — тестовом — наборе слов, тоже отнесенных к одной какой-то категории (например, her, it, them), одно из ис­пользуемых слов было подобрано близким по значению к омо­фону слова из предшествующей триады (в данном примере — her). Определялось, насколько часто при воспроизведении тесто­вого набора слов испытуемые совершат ошибку подмены и вме­сто предъявленного слова запишут другое — омофон к слову предшествующей триады (в нашем случае — слово «him» вместо «her»). Как и ожидалось исследователями, число ъяк-шк. ошибок подмены по сравнению с контрольной группой было значимо больше.

Результаты подобных экспериментов согласуются с феноме­ном негативного выбора. Во всяком случае их можно трактовать как демонстрацию тенденции негативно выбранной информации (неосознаваемой омофонии) попадать в сознание в несоответст­вующий момент. Однако для того, чтобы признать, что неосозна-ваемость значений слов является специально принятым решени­ем — негативным выбором, следует еще экспериментально до­казать, что эти неосознаваемые значения имеют тенденцию оста-

1 Warren R. E., Warren N. Т. Dual encoding of homographs and homophones embedded in context. // Memory and Cognition, 1976, 4,586—592; Warren R. E., Warren N. Т., Green J. P., Breshnick J. H. Multiple semantic encoding of homophones and homografs in context biasing dominant or subordinate meanings. // Memory and Cognition, 1978, 6, 364-371.

47

ваться неосознаваемыми при повторном предъявлении. В этом разделе будут описаны эксперименты, направленные на провер­ку того, ведут ли себя различные неосознаваемые значения слов так, будто они негативно выбраны.

Эксперимент I. 20 испытуемых с высшим образованием, т. е. достаточно грамотных, чтобы знать значения используемых в экс­перименте слов, выполняли последовательно четыре задания:

1) «Произвольное запоминание». Испытуемые прочитывали спи­
сок из десяти пятибуквенных существительных, а затем воспро­
изводили те слова из списка, которые запомнили. В случайном
порядке предъявлялось 8 списков слов, выравненных по частоте
употребления. В четырех списках каждое слово являлось омони­
мом, в других четырех — ни одно из слов не могло рассматри­
ваться как омоним.

Примечание: Здесь и далее предполагается, что омонимы не просто имеют разные значения, но по сути представляют собой разные слова'. Впрочем, различение омонимии и полисемии — весьма трудный вопрос для современной лингвистики. И все же, хотя непосредственно доказать наличие омонимии невозможно, лингвистическая интуиция и соответствующие словари позволя­ют более-менее надежно квалифицировать некоторые слова как омонимы или неомонимы.

  1. «Непроизвольное запоминание». После выполнения первого
    задания (поочередного воспроизведения всех 8 списков) экспери­
    ментатор благодарил испытуемого, а потом неожиданно просил
    его вспомнить запомнившиеся слова из всех списков. Термин «не­
    произвольное запоминание» для данного методического приема,
    конечно, условен. Тем не менее аналогичные приемы неоднократ­
    но применялись при изучении непроизвольного запоминания.

  2. «Опознание». В списке из 160 расположенных в алфавитном
    порядке слов, включающем все 80 слов первого задания и 80 но­
    вых пятибуквенных слов (в том числе и новых слов-омонимов),
    испытуемый должен был опознать слова из первого задания.

4) «Осознание омонимии». Испытуемому снова предъявлялся
список слов третьего задания, и он должен был выбрать из него
те слова, которые по его мнению являются омонимами, а также
указать оба (или несколько) значений слова. Считалось, что ис­
пытуемый осознает слово как омоним, если он указывает прин­
ципиально разные существенные значения слова. Так, испытуе­
мый мог в качестве омонима отметить слово «точка», давая ему
интерпретацию геометрического термина, знака препинания или
обозначения конца. Однако, согласно словарю, оценивалось, что
он осознает омонимию слова «точка» в том случае, когда он

Ср. Ахматова О. С. Словарь омонимов. М., 1976.

был способен воспринять это слово еще и как отглагольное су­ществительное от «точить».

Слова, не являющиеся омонимами (и которые, как и ожида­лось, ни один из испытуемых не отнес к классу омонимов), бу­дем далее при описании результатов этого эксперимента назы­вать нейтральными словами. Слова-омонимы, у которых испыту­емый выделяет принципиально разные значения, будем называть осознанными омонимами. Слова-омонимы, которые испытуемый, выполняя четвертое задание, не осознает как омонимы, будем называть неосознанными омонимами и обозначать как Н-омони-мы. Согласно обычным представлениям, неосознаваемые значе­ния слов в сознании не представлены, а, следовательно, нейт­ральные слова и Н-омонимы для испытуемого ничем не должны субъективно отличаться друг от друга. Поэтому, в частности, ус­пешность воспроизведения как Н-омонимов, так и нейтральных слов должна быть примерно одинаковой.

Предположим, однако, что неосознаваемость каких-то значе­ний слов является результатом специального принятого решения о неосознании этих значений. Решение о неосознании какой-либо информации ранее было названо негативным выбором. И было показано, что негативно выбранная информация субъективно не эквивалентна отсутствующей и при повторном предъявлении имеет тенденцию оставаться негативно выбранной. Таким обра­зом, наше предположение обозначает, что решение о неосознании значения слова имеет тенденцию повторяться при восприятии того же самого слова (если, разумеется, контекст, в котором слово предъявляется повторно, не требует актуализации ранее неосознанного значения).

Рассмотрим теперь ситуацию воспроизведения слов из предъ­явленного списка. Известно, что из 10 слов испытуемый обычно воспроизведет не все. Принятие решения о невсгсЩЭСизведении, т. е. по существу о неосознании какого-либо слова, есть негатив­ный выбор этого слова. Допустим, что когнитивный механизм, принимающий решение о невоспроизведении, сравнивает между собой два слова — нейтральное слово и слово с негативно вы­бранным значением, т. е. Н-омоним. Какое из них не воспроиз­водить? Невоспроизведение хранящегося в памяти Н-омонима выступает как неосознание всех его значений. Следовательно, тенденция к повторному негативному выбору ранее неосознан­ного значения слова может быть реализована путем негативного выбора всего слова целиком. Если это рассуждение верно, то можно ожидать, что успешность воспроизведения Н-омонимов будет меньше, чем успешность воспроизведения нейтральных слов. Этот результат и был получен в эксперименте (табл. 1.5.).

Успешность воспроизведения нейтральных слов достоверно превосходит успешность воспроизведения Н-омонимов для всех


48

4 Заказ 101

49






Таблица 1.5.


Эмпирические вероятности правильного воспроизведения омонимов и нейтральных слов

трех указанных типов задания: при сравнении средних значений по всей выборке (по критерию %2) эти различия везде достовер­ны на 99,9% уровне; при обработке данных отдельно по каж­дому испытуемому по критерию Т Уилкоксона достоверность различий при произвольном запоминании — 98%, при непроиз­вольном — 99%, при опознании — 95%; при обработке данных отдельно по каждой из десяти позиций эти различия достоверны при произвольном запоминании на 95% уровне, при непроизволь­ном — на 98%.

Преимущество в воспроизведении осознанных омонимов по сравнению с нейтральными словами хоть и проявилось во всех заданиях, но ни в одном не было статистически надежным. И все же, если ранжировать все 40 омонимов первого задания по числу испытуемых, осознавших эти слова в качестве омонима, т. е. как бы по легкости осознания омонимии, то полученный ранговый ряд оказался достаточно тесно связанным (коэффици­ент ранговой корреляции +0,37 р<0,05) с другим ранговым ря­дом, где те же 40 омонимов ранжированы по легкости воспроиз­ведения, т. е. по числу испытуемых, воспроизведших их в режи­ме произвольного запоминания.

Итак, наличие неосознаваемой омонимии сказывается на ус­пешности воспроизведения. Но, вообще говоря, это можно объ­яснить двояко: либо 1) негативный выбор, осуществленный при воспроизведении-, «вытесняет» из сознания одновременно и одно из значений негативно выбранного слова, т. е. невоспроизведение само по себе затрудняет возможность осознать омонимию; либо 2) негативный выбор одного из значений слова увеличивает ве­роятность невоспроизведения этого слова, что возможно лишь при том условии, если выпавшее из сознания значение омонима при предъявлении этого слова в списке первого задания имеет

50

тенденцию оставаться неосознанным и при выполнении четвер­того задания. Наконец, возможно, что обе эти тенденции дейст­вуют совместно.

Как бы то ни было, огромный клинический опыт и блестящая интуиция позволила 3. Фрейду обнаружить саму возможность негативного выбора какого-либо значения многозначного слова. Однако, если следовать глубинной психологии, то можно ожи­дать и других примеров негативного выбора значений, ведь сло­ва включаются в самые разные и далеко не всегда осознавае­мые ассоциативные цепи. Достаточно вспомнить «фонетическую логику» в рассуждениях С. Леклера. Опыт показывает, что осо­знание этих ассоциативных связей обычно зависит от контекста. Но что происходит с неосознаваемыми ассоциациями? Стоит лишь допустить, что хотя бы часть из них не нейтральна, а не­гативно выбрана, то число негативных выборов, делаемых при восприятии слова, станет, наверное, неперечислимым.

Впрочем, в наших руках есть метод изучения негативного вы­бора. Если мы покажем, что, с одной стороны, некоторые ассо­циативные связи, не проникая в сознание, придают словам осо­бую окраску («обертоны», как сказал бы У. Джемс), т.е. неза­метно проявляются в сознании, когда испытуемый не обращает на них внимание, а с другой — что эти связи устойчиво не по­падают в сознание, когда испытуемый пытается их выявить, то в духе предшествующего изложения можно считать, что данные ассоциативные связи негативно выбраны. Теперь следует найти формальный способ описания каких-либо потенциальных ассо­циативных связей и проверить, будут ли конкретно эти ассоциа­ции негативно выбраны в эксперименте.

Вообще говоря, вполне возможно, что мы не осознаем ассо­циативные связи, но при этом их воспринимаем. Так, даже от­дельные звуки в слове могут иметь самостоятельную-тгеманти-ческую нагрузку. Это, разумеется, давно было известно поэтам и рафинированным лингвистам, но только сейчас в связи с раз­витием фоносемантики приобретает экспериментальные подтвер­ждения. Утверждается, например, что употребление лабиальных фонем в языках различных языковых семей возрастает в сло­вах, обозначающих округлое: в 2,5 раза в английском языке; в 1,9 — в чувашском; в 1,6 — в монгольском и венгерском; в 1,5 — в языке суахили; в 1,4 — в русском и т.д.1. Не следует ли из этого, что лабиализация, т. е. участие губ в работе речевого аппарата, автоматически и неосознаваемо вызывает ассоциатив­ные связи с округлостью?

Тем более очевидно семантическое воздействие взаимосвязан­ных фонем, включенных вместе в одно слово или связный текст.

^ Воронин С, В. Основы фоносемантики, Л., 1982, с, 102.

51

Может же Ю. М. Лотман, анализируя стихотворение А. Блока, посвященное Анне Ахматовой, указывать на решающее значе­ние гласного «а» как фонологического лейтмотива всего стихо­творения для осмысления поэтического текста. «Ударное «а», ■— пишет Лотман, — прошивает, как нитью, ряд слов, образуя це­почку понятий, которые выступают в тексте как семантически сближенные...:

красота страшна красный

Сближение этих понятий создает новые смыслы, некоторые из традиционных актуализирует, другие — гасит. Так, на перекре­стке понятий «страшный» и «красный» возникает отсутствующее в тексте, но явно влияющее на его восприятие — «кровь»1.

Но если одно лишь звучание слова — само по себе или вклю­ченное в общее звучание текста — порождает собственные смы­слы, то понятно, насколько увеличивается число возможных зна­чений слова в зависимости от семантических особенностей струк­туры слова. Каждое слово образует сразу как бы море значений, но при его восприятии мы осознаем лишь небольшую «поверх­ностную часть».

Наверное, лучше всяких экспериментов нас должна в этом убеждать практика поэтического творчества. Игра поэтов на мно­гозначности слов общеизвестна. Однако не всегда обращалось внимание на то, что эта игра должна быть обеспечена соответ­ствующими когнитивными механизмами читателя. Поэты, напри­мер, любят выделять из слов составные части (далее их будем называть полсловами). Уже во времена А. С. Пушкина, как мы помним, читатель ждал рифмы «РОЗЫ» к слову «МОРОЗЫ». Ждет ли он до сих пор подобные рифмы, даже если не осозна­ет этого? Слышит ли он в слове «СЫРОЙ» примененную В. Ма­яковским рифму «РОЙ»? Или в слове «ВСТРЕВОЖИЛ» рифму Б. Пастернака «ОЖИЛ»?

Поставим более формальную задачу, подлежащую экспери­ментальной проверке: воспринимает ли человек, пусть не осоз­навая, осмысленные (и не корневые!) букво(звуко) сочетания в слове. Например, вычленяет ли слушатель автоматически звуко­сочетание «СТОН» как осмысленное при предъявлении ему сло­ва «ЭСТОНЕЦ»? Или имеет ли слово «ПРОРЕХА» хоть чуть-чуть воспринимаемый ОРЕХовый привкус? Насколько мне из-

1 Лотман Ю. М. Анализ поэтического текста. М., 1972, с. 229.

52

вёстно, подобная проблема никем специально экспериментально не изучалась !.

Эксперимент II. 30 испытуемым на слух предъявлялось сло­во, включающее в себя не связанное со смыслом этого слова ос­мысленное звукосочетание (подслово), и пара слов, подобран­ных так, чтобы, по возможности, ни одно из слов не имело бы явной семантической связи с исходным словом, но при этом од­но из слов пары было бы более связано с осмысленным подсло-вом, чем другое. Задача испытуемого — выбрать из предъяв­ленной пары слов то, которое, на его взгляд, «эмоционально бли­же» к исходному. Подчеркивалось, что эту задачу надо решать интуитивно, опираясь на неосознаваемые предпочтения. После эксперимента проверялось, заметил ли испытуемый наличие ос­мысленных подслов в слове. Как выяснилось, ни один из испы­туемых не обращал на это никакого внимания. Последователь­ность предъявления слов в паре варьировалось.

Влияние подслов было надежно зарегистрировано в тех слу­чаях, когда осмысленное подслово стоит в исходном слове под соответствующем самому себе ударением. Примеры: для боль­шинства испытуемых «ДОЛОТО» (лото) — это скорее «игра», чем «престиж» (р<0,01); «МОЛОДКА» (лодка) — это скорее «вода», чем «земля» (р<0,05); «ДУДОЧКА» (удочка) — скорее «рыба», чем «мясо» (р<0,05); «ПЛОВ» (лов) — скорее «сеть», чем «мяч» (р<0,05); «РЕСПИРАТОР» (пират) — скорее «кор­вет», чем «корнет» (не значимо). Единственное исключение, по­лученное в эксперименте: «СЛЕСАРЬ» (лес) — по мнению не­значимого большинства испытуемых, эмоционально ближе к «шу­бе», а не к «роще».

Если осмысленное подслово стоит без ударения, но не силь­но меняет свои фонетические характеристики, оно, по-видимому, тоже, хотя и слабее, влияет на ассоциативный выбор: «МОРЕ­ХОД» (орех) — ближе к слову «крепкий», чем «сильный» (р<0,001: впрочем, столь значимое предпочтение «крепости» мо­рехода его «силе» позволяет предполагать наличие прямой се­мантической связи слов «крепкий» и «мореход»; но и в контроль­ной группе 6 из 8 испытуемых все же решили, что «мореход» скорее «круглый», чем «квадратный»); «НОСТАЛЬГИЯ» (сталь) — ближе к чугуну, чем к «грече» (р<0,05); «ПРОСТОКВАША»

1 В некоторых экспериментах изучалось влияние на величину условнореф-лекторных реакций или на скорость реакции выбора замены тестового слова на слово, фонетически ему близкое. Случайно в качестве такой замены могло использоваться слово, являющееся частью тестового или, наоборот, включаю­щее в себя тестовое слово. Например, в экспериментах Т. Н. Ушаковой использовалась пара слов «уха-труха» (Ушакова Т. Н. Функциональные струк­туры второй сигнальной системы. М., 1979, с. 52). Однако это — лишь слу­чайная реализация идеи сходства по созвучию,


gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-specialnost-060500-buhgalterskij-uchet-analiz-i-audit-stranica-2.html
gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-specialnost-060700-nacionalnaya-ekonomika-kvalifikaciya-ekonomist-stranica-4.html
gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-specialnost-075200-kompyuternaya-bezopasnost-stranica-2.html
gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-specialnost-075500-kompleksnoe-obespechenie-informacionnoj-bezopasnosti-avtomatizirovannih-sistem.html
gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-specialnost-351200-nalogi-i-nalogooblozhenie-stranica-2.html
gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-specialnost-stranica-2.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/uroki-na-vsyu-zhizn-korrektor-a-r-galstyan-vknige-rasskazivaetsya-o-dosele-neizvestnih-stranicah-zhizni-odnoj-shushinki.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/statej-dlya-nauchno-tehnicheskogo-zhurnala-neftegazovoe-delo-vhodyashego-v-perechen-vedushih-recenziruemih-nauchnih-zhurnalov-i-izdanij-v-kotorih-dolzhni-bit-opubli.html
  • exam.bystrickaya.ru/vidi-kirpichnih-kladok-chast-2.html
  • composition.bystrickaya.ru/plan-provedeniya-novogodnih-i-rozhdestvenskih-meropriyatij-v-municipalnih-obrazovaniyah-kostromskoj-oblasti-dekabr-2011-yanvar-2012-g-g-stranica-2.html
  • institut.bystrickaya.ru/tablica-5-rukovodstvo-po-ekspluatacii-nkgzh-411618-004-02re.html
  • ucheba.bystrickaya.ru/poyasnitelnaya-zapiska-mbou-sosh-10-raspolozhena-po-adresu-p-stepnoj-ulmira-36-shkola-osushestvlyaet-svoyu-deyatelnost-na-osnove-licenzii-serii-a-203455-registracionnij-43402-stranica-24.html
  • letter.bystrickaya.ru/o-realizacii-gosudarstvennoj-politiki-v-sfere-kulturi-i-iskusstva-v-2010-godu-i-osnovnih-zadachah-na-2011-god.html
  • tests.bystrickaya.ru/kornej-ivanovich-chukovskij-stranica-4.html
  • occupation.bystrickaya.ru/metodicheskie-ukazaniya-k-kursovomu-proektirovaniyu-po-discipline-elektrorazvedka.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/sekretar-pervij-s-kem-vstrechaetsya-posetitel-prihodya-v-firmu-uchrezhdenie-organizaciyu-predpriyatie-on-kak-bi-predstavlyaet-firmu-cherez-nego-idet-priem.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/sosh-112.html
  • uchenik.bystrickaya.ru/gosudarstvennaya-duma-v-sisteme-organov-gosudarstvennoj-vlasti.html
  • urok.bystrickaya.ru/pribori-s-akusticheskim-perenosom-zaryada.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-18-koneles-v-yu-k-64-soshedshie-s-nebes-i-sotvorivshie-lyudej.html
  • testyi.bystrickaya.ru/6-obshaya-trudoyomkost-praktiki-istoriya-i-filosofiya-specialnoj-pedagogiki-i-psihologii.html
  • reading.bystrickaya.ru/kompyuternie-prestupleniya-chast-2.html
  • university.bystrickaya.ru/glavnie-techeniya-v-istorii-nauki-ugolovnogo-prava-v-rossii-stranica-10.html
  • university.bystrickaya.ru/g-v-gorchakova-den-otradnih-vstrech-s-druzyami-literaturnij-kalejdoskop-lyubitelej.html
  • paragraf.bystrickaya.ru/zakonodatelnimi-aktami-rf.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/4-ekspertno-analiticheskaya-deyatelnost-otchet-o-deyatelnosti-upolnomochennogo-po-pravam-cheloveka-v-respublike-kazahstan.html
  • letter.bystrickaya.ru/obrashenie-v-zashitu-prava-grazhdan-na-blagopriyatnuyu-okruzhayushuyu-sredu-doklad-upolnomochennogo-po-pravam-cheloveka-v.html
  • textbook.bystrickaya.ru/kazhdij-iz-pyati-stilej-imeet-ryad-specificheskih-rechevih-harakteristik.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-predmetu-matematika-2-klass-uchitelya-nachalnih-klassov.html
  • abstract.bystrickaya.ru/-4-opredelenie-krugasmena-lunnih-faz-lunnij-krug-cikl-utochnenie-dat-po-prazdnikam.html
  • grade.bystrickaya.ru/ocenka-narkosituacii-v-srede-detej-podrostkov-i-molodezhi-chast-vi-ocenka-narkosituacii-v-srede-detej-podrostkov-i-molodezhi.html
  • tests.bystrickaya.ru/metodicheskie-ukazaniya-dlya-studentov-salavatskogo-industrialnogo-kolledzha-zaochnoj-formi-obucheniya-po-specialnosti-0201-pravovedenie-srednego-professionalnogo-obrazovaniya-bazovij-uroven-stranica-3.html
  • tests.bystrickaya.ru/konspekt-ekologo-prosvetitelskogo-zanyatiya-s-detmi-starshego-doshkolnogo-vozrasta.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/proishozhdenie-nazvanij-gorodov-sahalina.html
  • esse.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-discipline-metodicheskie-osnovi-elektrorazvedki-naimenovanie-disciplini-dlya-specialnosti-011200-geofizika.html
  • letter.bystrickaya.ru/mihail-zarechnij-kvantovo-misticheskaya-kartina-mira-struktura-realnosti-i-put-cheloveka-stranica-2.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/vlast-dolzhna-menyatsya-vsled-za-obstanovkoj-v-strane-radio-21-mayak-29-10-2004-novosti-9-00-00-stadnickaya-lora-21.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/prilozhenie-3-razrabotka-plana-upravleniya-proektom-planirovanie-rabot-po-proektu-41-vipolnenie-rabot-po-proektu-44.html
  • literatura.bystrickaya.ru/saba-pn-esepteu-keshendern-operaciyali-zhjeler-tairibi-windows-nt2000hr-operaciyali-zhjes-isisha-tarihi.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/plan-uroka-organizacionnij-moment-podgotovka-materialov-k-rabote-obyavlenie-temi-celej-i-soderzhaniya-uroka.html
  • universitet.bystrickaya.ru/tematicheskoe-planirovanie-metodicheskie-rekomendacii-dlya-obrazovatelnih-uchrezhdenij-vologodskoj-oblasti-po-perehodu.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.